Обеденное

Отчет Ориона Блэка часть четвертая.

The Justice

День четвертый

 

Брат наотрез отказывался просыпаться.  Даже Миллисента похоже плюнула на него.

Не удивительно – после всего, что ей вчера довелось пережить. Круциатусы и унижение.

Кто-то сделал то же самое что и мы  делали с Диггори, но с моей, да Мерлин раздери, c подругой.

И я его найду,… ненавижу плагиаторов. А еще ненавижу, когда трогают, то, что принадлежит мне.

Сегодня спустя столько лет у меня то же самое ощущение , как в последний день перед каникулами той зимы. Я слышу, что братья уже готовы. Я знаю, что уже прибыла Дореа,  ради которой  я однажды сказал Тому да.

Что-то заканчивается. Тогда заканчивалось детство. Сегодня закончится все и для многих.

Где то там, среди окружающих дом авроров старый друг Эйвери. Надеюсь, мы не встретимся.

Там же наверняка, и тот аврор провожавший нас с сестрой в душ перед балом. Он сейчас совсем старик, наверное. Интересно, а жив  ли он вообще?

Но вернусь в прошлое.

Мы проснулись поздно. Благо занятий в этот день не было. Попросили всех леди с нашего факультета выйти  из  гостиной. Ни одна девушка с факультета не должна была пойти на бал без кавалера. Эти  вопросы  решились  быстро и четко. Ведь у нас самые красивые девушки.

После в промерзлой зале писали министерский тест. Писать было откровенно лень. Главная задача была не хорошо написать – а написать, не показав ВСЕХ своих знаний.

Вальбурга откровенно скучала и просто списывала. Видно было, что ее мысли заняты чем-то другим и витали далеко от министерских экзаменов.

Все опасались нападения магов Ананербе. Но кажется, им было не до нас.

После все отправились выполнять гейсы и как то разбрелись по территории школы.  Дореа переживала за свой гейс. Вальбурга неизвестно почему, а моя маленькая Лукреция переживала из- за бала.

Мы с Дореа  начали пить вино еще днем.  За разговорами и посиделками прошло несколько часов. Время летело, а гейсы не выполнялись.

Насколько тогда был длинным и никчемным день – настолько же богат событиями оказался вечер.

Бешеный хоровод событий  закружил  Нас .

Сначала ко мне подошла Лукреция. Она очень переживала насчет бала. И кавалера. Я как мог успокоил ее. Я уже знал что все будет прекрасно. Нет,не подумайте, он сам хотел пригласить.  Никаких «империусов».

Потом ко мне пришла Дореа.

«Брат, надо поговорить»  - c улыбаясь уголками рта, сказала она.

От Дореа, в таком настроении можно ждать чего угодно.  Вот и посмотрим, чего она хочет.

Чувствуя легкую алкогольную эйфорию,  я последовал за сестрой.

И видит Мерлин, она сумела меня удивить. Оказалось, к ней подошел какой то аврор и сказал что хочет сформировать отряд из магов владеющих непростительными заклятьями для  более эффективной войны с гвардейцам Гриндевальда.

В голове пронеслись варианты действий. И сразу же сформировался план действий.

И так, нам нужно больше информации. И мы ее получим. Ни в коем случае не контактировать с этим аврором, пока мы не поймем ловушка ли это на нас,  его личная инициатива, или он шпион Гриндевальда.

Значит нам нужен любой другой аврор для допроса.

Дореа – я приобнял сестру. Рука потянулась к палочке. Сжав зубы заставил себя сдержатся.  Не здесь. Почувствовал во рту привкус крови  и металлический привкус во рту–  кажется, прокусил себе губу.

Заставил себя улыбнутся.  

Идем сестра – у нас много дел, и для начала нам нужен аврор для допроса.

Мы стали подниматься из подвала.  На втором этаже нашли того кто был нам нужен.

Дальнейшее я помню плохо. Кажется, Дореа положила аврора в «морфеус» уже в слизеринском подвале.  Мои сестры навсегда научили меня не ходить за незнакомыми ведьмами.  К счастью наблюдал последствия я всегда со стороны.

Вальбурга допросила его под «империо максима».  Аврор был чист как первый снег.

Все встало на свои места. Пазл сложился. Ну что ж – пойдем к Альбусу Дамблдору и заработаем баллы репутации для факультета. Заодно, и аврора вернем.

Кабинет Дамблдора. Спящий аврор на палочке. Я и Дореа рассказываем почти все.

 Умолчали только о «империо».  Альбус благодарит нас и просит вернуть несчастного в комнату аврората.

Укладываю тело на койку. В комнате авроров я один. Оглядываюсь в поисках интересного. 

Ничего. Совсем ничего.

В коридоре встречаю директора Диппета и начальника аврората. Они явно куда то спешат.

Господин директор кивает и произносит – «Ваши заслуги Орион, не будут забыты».  Ну и прекрасно, подумал я тогда. Лишь бы моя семья была в безопасности.

Дальше помню последнее заседание клуба Блэков.

Сестры напряжены. Все кроме Вальбурги  получили приглашения на бал. Когда очередь доходит до сестры она срывается. Я настаиваю на ответе, и она начинает кричать на нас. Даже мысли пригласить ее не мелькнуло в моей голове. Чуть позже Том спросил у меня не против ли я, если он пригласит Вальбургу. Нет, конечно – ответил я.

Это даже в чем-то забавно.

Bернулись к теме Миллисены.

Кто? Кто это с ней сделал? Есть информация? – Я задал вопрос не надеясь на ответ и неожиданно Цигнус встал.

Это был Прокас. Я видел. – Цигнус  говорил, что- то еще. Но мне уже было не важно.

Я залпом осушил бокал вина. Кровавый туман в глазах. Ненавижу. Только дождаться ночи. Только бы успеть сыграть еще раунд. Мой гейс восстановить справедливость. Я сделаю это прямо в гостиной при всем факультете. И сделаю с Удовольствием!

На этом последнее заседание нашего клуба закончилось.

Я помню еще один разговор в той комнате. Позже. С Альфом. Один на один.

Но об этом в свое время.

А пока я зашел в гостиную и почти удивился.

В углу гостиной на диване сидели глава Аврората  и Господин Директор.

За столом сидел тот Самый аврор который подходил к Дореа  и разговаривал с кажется с Прокасом, о возможности применения непростительных чар  в войне.

Я поприветствовал директора и подошел поближе к участникам разговора.

 

В гостиную вошел Том. Он не видел ни Директора, ни Главу аврората. Том вмешался в разговор о непростительных чарах. У него всегда было звериное чуть и беседу он вел осторожно, медленно вытягивая информацию из  аврора - предателя.  Наконец аврор сделал нам четкое предложение. 

Используйте непростительные чары - сказал он. Для победы.

Я встал рядом с Томом. Мы были готовы ко всему.

Спокойным голосом Том ответил. На нашем факультете такое не практикуется. Покиньте гостиную.

В этот момент встали с дивана, и вышли из тени директор и старший аврор. Том был удивлен, но виду не подал. На лицо предателя было приятно смотреть. Он даже не думал сопротивляться. Сдал палочку.  И его увели.

Вечер обещает быть томным – подумалось тогда мне.

И я не обманулся.  Уже через 20 минут ко мне подошла Долорес Амбридж.Отвеа в сторону и сказала: - Орион ты должен научить меня «круцио». Я  тебе ничего не должен –ответил я и увидел в ее руках карту «императрица». Пожалуй, все-таки она права. Придется учить. Обсудили детали. С садиста Прокаса  «обливейт максима» -ставший просто статусной факультетской чарой.  С меня «круцио» и жертва.  Все равно – хочешь сделать, что-то хорошо – делай сам.

Вспомнил. Как же я мог забыть! Поттер. Хороший человек и, по-моему, он нравился сразу двум моим сестрам. Вальбурге и Катарине Лонгботтом.

Вальбурга попросила его спуститься вниз. Она знала что его  уважали, и поэтому я очень удивился, войдя в комнату младшего курса и увидев лежащего под «Морфеуc» Джеймса.

Все это было так нелепо что я рассмеялся в голос. Цигнус порывался его избить. Я думал, что делать и в это время в комнату вошла Вальбурга.  В глазах заплясали злые огоньки.

Вы мне все испортили – резко бросила она и влила жидкость из пузырька в рот Поттеру.

Формы Поттера начали округлятся, пропорции тела менялись. Он превращался в девушку.

Удачного бала – выходя, сказала Вальбурга.

Пора было учить Долорес.

С  жертвой помог Селвин. Наивная и смелая гриффиндорка пошла с нами на Слизерин «поговорить с Цигнусом»

Сразу за поворотом «морфеус» и в гостиную.

Выгнал из гостиной всех кроме Дореа, Вальбурги и Долорес.

Процесс обучения стал уже обычным. Все прошло суетно и без «огонька». Мы торопились.

Девочку активно искали, за дверью слышались расспросы о ней. У Долорес получалось плохо.

Но все же она сумела выдавить из себя нужный заряд боли. Пусть не с первого раза.

Потом пришла очередь Вальбурги. Она просто снимала эмоциональное напряжение. Как перекус на бегу. «Круцио» и еще раз.

Спасибо Орион – как всегда неправильно поставив ударение, произнесла сестра. Мне пора бежать – бросила она и вышла из гостиной. Ах да – «обливейт максима».

Вы довольны императрица? – спросил я

Вполне Орион, спасибо.  сказала Долорес и вышла из гостиной.

Спящую, замученную девочку как всегда бросили в туалет. Мне было искренне жаль ее. Жаль, что именно ей не повезло.

Мы с Дореа остались в гостиной вдвоем. Она посмотрела на  меня, и я все прочитал в ее глазах.  «Круцио» ее тело выгнулось от боли. Я перенес ее на кресло рядом с портретом Салазара. Я посмотрел в нарисованные глаза основателя. Взгляд грустный и все понимающий.

«Круцио максима» -и  Дореа начала изгибаться. Я оторвал руку ото лба. Прижал сестру к себе. Поднял глаза на портрет. На секунду мне показалось, что Салазар  Слизерин ухмыляется, глядя на нас.

 Этот вечер в гостиной я запомнил на всю жизнь. Жалею ли я о чем то? Да пожалуй. Но даже сейчас мне не хватит смелости написать те слова, которые не хватило смелости сказать тогда.

После был Рождественский Бал. Сначала было представление. В нем блистал Цигнус игравший тролля. Определенно, у брата артистический талант.  Наконец вручение кубка школы.

Чей будет кубок, не знал никто кроме педсостава.

Директор начал объявлять баллы. Рейвенкло – Хаффлпафф- пауза. Все замерли. Гриффиндор  и мы переглянулись, не веря… Кубок наш! Кубок, который заработали  Альфард и Ремита гениальными трансфигурациями, Прокас и Миллисента ночными патрулями, Том и Ровена примерным поведением, Джером Эйвери и Вальбурга сражениями с гвардейцами и ведьмами, Дореа – самоотверженностью на чарах, Лукреция знаниями, я видимо тоже чарами и умением лгать, и все остальные, чей вклад я не видел,  и кто сделал так  много для того, что бы Том поднял кубок школы над головой.

Но на этом сюрпризы не кончились. Господин директор стал называть  студентов, чьи имена будут выгравирован на памятной доске Хогвардса «за особые заслуги перед школой».

Диггори. Ну этого понятно почему и за что.

Орион Блэк. – меня то за что ?

Том Реддл.

Я стоял рядом с Диггори. Так дико. Еще недавно я его пытал и вот теперь нас вместе с ним награждают. Что  ж – жизнь несправедлива  и порой ее юмор окрашен в черные тона.

А вот и моя очередь говорить. Сонорус.

Я решил быть честным. Правду говорить легко и приятно. И я сказал всем собравшимся правду.

Я видел, как ухмыляется Том. Как опускает глаза Дореа. Как бледнеет лицо Миллисенты.

Спасибо Вам за боль. Она сделала нас сильнее. На этом я закончил свою речь.

Дальше были танцы. Не с моей ногой танцевать на балах и все -таки я не смог отказать Дореа. За все надо платить. И этой болью я плачу за чистоту своей крови. Мы кружились в вальсе.

Чуть позже мы сидели рядом с Альфардом. Я рассказывал ему, как ненавижу себя, как боюсь за сестер, говорил ему, что влияния нашей семьи хватит что бы Ремита вышла за него замуж.

 А он сидел и улыбался, по братски, обнимая меня за плечи.

Многое еще случилось в ту ночь.  Впервые  ошибся Том, едва не попавшись на непростиловке.

Не состоялся последний раунд игры. Паркинсон оскорбил Дореа и был мной наказан, дав клятву, которая навсегда изменила его семью.

А потом спустя 15 минут я праздновал Рождество, окончание семестра и Нашу победу на факультете. Зашел выпить с нами господин декан! Мы пили вино, и для нас не существовало «завтра».

Завтра, в котором родители заставят Вальбургу выйти за меня замуж.

Завтра, в котором Ремита выйдет замуж за Прокаса.

Завтра, в котором он таки останется безнаказанным.

Завтра, в котором Альфард  разучится улыбаться. 

Завтра, в котором я перестану видеться с Дореа.

Завтра,  в котором  мы с Джеромом Эйвери встанем на разные стороны в одной войне и  будем надеяться, не встретимся в бою.

Завтра, где окажется мерзавцем Нотт предав Миллисенту.

А пока пока мы пили шампанское и были счастливы. Мы думали, что победили уже проиграв.


Позволю себе закончить.

Орион Аркус  Меланион Блэк.

Год 1979.

Мой... друг Орион Блэк.

Чудовищно все вышло. Неудивительно, что так мало из нас осталось в живых -- удивительно, что мы в своей ярости и чувстве права не разрушили весь мир гораздо раньше.

Ох, Шурик. И как же теперь мне видеть в тебе МакКалмонда?..
Ошибочка, у Гриффа было меньше всего баллов.
Такие подробности не помню.Как помнил так и записал.
Сижу и плачу.
Я никогда не забуду, как Орион сидел с Ремитой в тайной комнате и убеждал, что она прирожденная Блэк, что он сделает всё, чтобы они были с Альфардом вместе... Она была счастлива. Она была уверена, что так и будет. Ведь на Ориона можно положиться, он же сильный. Он не придаст.

Edited at 2010-04-14 05:41 pm (UTC)
шикарно, просто слезы наворачиваются )))

особенно концока хороша!
Или я что-то не понимаю, или я не вижу отчета!(((((
а только что был((Хз че за глюк ЖЖ.Видимо даже бумага невсе стерпит.
как все таки было... жестоко и пронзительно одновременно.

спасибо за отчет!